Кадашевская слобода расположена в районах Якиманка и Замоскворечье, ее название топонимически восходит к «кадашам» — мастерам, изготовлявшим кадушки и бочки. Впервые местность упомянута в духовной грамоте Ивана III (1504 год) как село Кадашево, а расцвет слободы приходится на время правления первых царей династии Романовых.

Яркой жемчужиной этой исторической местности является Храм Воскресения Христова – православный храм Московской епархии. Храм расположен в районе Якиманка, Центрального административного округа города Москвы, между двух основных дорог на юг — Полянкой и Ордынкой (2-й Кадашёвский переулок, 7/14.).

В конце XIX века позади пятиглавого храма Воскресения была выстроена колбасная фабрика Григорьева, а в советское время находились заводы, производящие пищевую продукцию. Вся территория вокруг храма поныне представляет собой зону предприятий и складских помещений.

Слобода зародилась на большой дороге, проходившей от перевоза через реку Москву вблизи устья Неглинной — на юг-юго-восток, в Серпухов. Дорога эта, неоднократно менявшая основную трассу, проходила примерно вдоль современной Полянки.

На рубеже XV—XVI веков на территорию Кадашей, с юга, вторглась Толмачёвская слобода, ранее находившаяся к востоку от Ордынки (см. Старый Толмачёвский переулок).

Главной улицей новых Толмачей стала Николаевская. К западу от Якиманки с Кадашами соседствовала сильная Голутвинская слобода при подворье Коломенского Голутвина монастыря, с севера (между старицей и рекой Москвой) — дворцовые сады и Садовнические слободы.

Панорама Замоскворечья из Кремля. Д. Индейцев, акварель, около 1850

Панорама Замоскворечья из Кремля. Д. Индейцев, акварель, около 1850

В первое десятилетие по завершении Смуты слобода изменилась: здесь возник центр ткацкого производства. Первые сведения о нём известны с 1613 года, а в 1622—1623 Михаил Фёдорович закрепил привилегированное положение Кадашей: слобода стала «государевой хамовной» (хам — льняное полотно), поставлявшей ко двору узорчатые ткани. Рядом с ткачихами и швеями (ткаческое ремесло было преимущественно женской долей) работали художники и ювелиры. Благодаря освобождению от податей и повинностей процветала торговля.

В конце XVII века, после общего для заречных слобод расцвета, отмеченного постройкой храмов Воскресения Христова, Николы в Толмачах, Григория Неокесарийского (на Полянке) и стрелецкого Николы в Пыжах, слобода утратила свои привилегии. Неизвестно, затронул ли её прямо разгром стрельцов после бунта 1698 года, но вскоре Кадаши пришли в упадок.

Первая половина XVIII века — период после перевода столицы в Санкт-Петербург и запрета на каменное строительство 1714 года — не оставила в слободе ярких сохранившихся памятников, и в целом для Москвы была периодом упадка. Тем не менее, именно серединой XVIII века датируется большинство сохранившихся кадашёвских палат.

В Замоскворечье параллельно происходили два процесса: владения, выходившие на большие радиальные улицы, укрупнялись и застраивались крупными усадьбами знати; в стороне от больших дорог, в Кадашёвских переулках, шла постепенная перестройка в камне старых кварталов с сохранением масштаба, установленного в XVII веке. Слободской уклад жизни был полностью разрушен на больших улицах, но сохранялся в глубине Кадашей.

В течение 1770-х и 1780-х годов произошло последнее по времени изменение уличной сети Замоскворечья. Около 1770 года Лаврушинский проезд получил сквозной выход в Большой Толмачёвский переулок; на перекрёстке была выстроена усадьба Демидовых. Севернее неё, между Лаврушинским и Малым Толмачёвским переулками, появилась обширная, в квартал, усадьба военного семейства Кологривовых — в будущем ядро Третьяковской галереи. На основе Прожектированного плана 1775 года вдоль старицы реки Москвы был спланирован фасад каменных домов современной Кадашёвской набережной, а после наводнения 1783 года по старице реки Москвы был проложен постоянный Водоотводный канал. При ремонте Каменного моста и постройке канала использовали кирпич от разборки построек Хамовного двора. Он простоял ещё 20 лет и был окончательно снесён в 1803; на его месте образовалась Денежная площадь, вскоре застроенная домами по Старомонетному переулку.

Восстановленная после пожара 1812 года застройка Кадашей в течение последующего столетия почти не изменилась: только в предреволюционное десятилетие по Старомонетному переулку началось строительство доходных домов (1908, арх. А. В. Иванов), а рядом с Храмом иконы Богоматери Всех скорбящих радости были выстроены Кадашёвские бани (1905, арх. А. Э. Эрихсон).

За церковью Воскресения был построен небольшой завод, в 1878 году приобретенный Н. Г. Григорьевым, перестроенный им и к концу века превратившийся в процветающую колбасную фабрику. Фабричный комплекс включил в себя ряд построек более раннего времени, в том числе палаты князей Оленевых рубежа XVII—XVIII вв., в которых расположилась фабричная контора.

В 1872 году кологривовская усадьба перешла в собственность рода Третьяковых. По мере расширения частного собрания картин, в 1881—1891 годах арх. А. С. Каминским были выстроены выставочные залы по Малому Толмачёвскому переулку. После смерти П. М. Третьякова, в 1899—1906 годах главный жилой дом был также перестроен под галерею и приобрёл новый фасад по проекту В. М. Васнецова. Васнецовский фасад — всё, что осталось от дореволюционной Третьяковки после реконструкций 1980-х — 1990-х годов

XX век и современность
Генеральный план реконструкции Москвы 1935 года предполагал пробить по Ордынке одну из трёх главных магистралей столицы — от Останкина до Серпуховского шоссе. По проектам 1934 года, разработанным мастерской Н. А. Ладовского, ответственного за генплан Замоскворечья, весь район Ордынки — Пятницкой следовало перестроить в широкий парадный бульвар, обрамлённый крупномасштабными кварталами-новостройками. Этот проект, также как и проект Ладовского по перестройке Садовников, реализован не был.

Другое положение Генплана 1935 года предписывало замкнуть Бульварное кольцо в Замоскворечье. Этот проект также не был выполнен, но оставил следы в Кадашах. В Лаврушинском переулке возник многоэтажный «Дом Писателей» (1937, арх. И. И. Николаев, надстроен в 1947—1948), в Старом Толмачёвском, уже после войны, — здание Минатома (1957, арх. П. П. Зиновьев, Л. З. Чериковер). В начале Большой Полянки выстроили многоэтажные дома по проектам А. Г. Мордвинова и А. К. Бурова (экспериментальный крупноблочный дом, 1940).

В 1973 году городские власти утвердили создание девяти заповедных зон в центре Москвы; под № 9 в список вошло Замоскворечье, с ядром охраняемой территории в Кадашах. С этого момента здесь допускалась только застройка «зданиями, архитектура и этажность которых определяются в композиционной увязке с существующей застройкой» — то есть исключалась массовая, типовая застройка[34]. Действительно, вплоть до конца 1990-х годов новое строительство в Кадашах, помимо расширения Третьяковки, приостановилось.

В 1990-е — 2000-е годы в Кадашах велось «точечное» строительство, вновь исказившее силуэт старой слободы. На месте одно-двухэтажной застройки появились дома в 7-8 и выше этажей (1-й Кадашёвский переулок, 12; Старый Толмачёвский, 4; Старомонетный, 18 и другие). На участке, непосредственно примыкающему к Воскресенской церкви (здесь располагались корпуса колбасно-гастрономической фабрики купца Н. Г. Григорьева, действовавшей до 1918 г.) запланировано строительство масштабного жилого комплекса «Пять столиц». В зону сноса попадает и дом причта церкви — памятник XVIII века. «В результате, помимо подлинного исторического силуэта Замоскворечья, уничтожается также и неповторимая атмосфера одного из последних районов старинной низкоэтажной застройки в центре столицы… массивные объёмы жилого комплекса высотой от трех до шести этажей нависнут над церковью со всех сторон, во много раз превысят её по своим размерам, закроют большую часть её живописных ракурсов»[35]. Противостояние в охранной зоне церкви Воскресения Христова привело к битве при Кадашах. В 2013 году в ожидании возобновления работ Фронде ТВ и Храм Воскресения направил мэру Москвы Собянину обращение Москвичей в защиту Кадашевской слободы